«Почитание Бога, который вечен и является источником всех существ. Господь Нараяна покоится на змее Ади-Шеше, плавающем в океане Брахмана. Его высшая обитель находится за пределами материального мира и является царством чистой радости, блаженства и освобождения», — перевод Манорамы.
Namo (नमो) — происходит от Namah, что означает поклон, почтение, приветствие или смирение.
Nārāyaṇāya (नारायणाय) — это дательный падеж от Nārāyaṇa, означающий «для Nārāyaṇa». Nārāyaṇa — одно из 1000 имён Вишну. Nara: относится к воде, живым существам или людям. Ayana: место отдыха, прибежище или цель.
*"Почитание Бога, который вечен и является источником всех существ. Господь Нараяна покоится на змее Ади-Шеше, плавающем в океане Брахмана. Его высшая обитель находится за пределами материального мира и является царством чистой радости, блаженства и освобождения", — комментарий Шэрон Гэннон.
Это одна из самых известных мантр в ведической традиции. Оригинальное упоминание содержится в Ведах, особенно в Нараяна-Упанишаде, где подчеркивается важность чтения мантры для очищения сердца, и в Маха-Нараяна-Упанишаде, где обсуждается значение повторения мантры как способа постижения природы Высшего Существа, которым является Нараяна, само творение, конечная причина всего сущего и, согласно тексту, тождественна душе.
Сегодня, если мы хотим чему-то научиться, мы можем просто зайти в интернет и "загуглить" информацию. Это одновременно и привилегия, и своего рода ящик Пандоры. Многих воспитывали таким образом, что когнитивной информации достаточно для равзития понимания. Однако в ведической традиции существовали и существуют другие стандарты, когда речь идёт о понимании конкретного предмета. Известно, что как сам предмет, так и воспринимающий её субъект подвержены изменениям. Таким образом, попытка объяснить что-либо через определение невозможна. Одно из известных утверждений об этом ведическом подходе называют «нети-нети" — не то, не это — не это, не то.
Поскольку особое значение придаётся тому, что каждый объект обретает свои внутренние качества через воспринимающего его субъекта, ведическая культура предъявляет высокие требования к тому, кто действительно готов и способен воспринимать её учение. Поэтому просто найти информацию в интернете недостаточно, чтобы понять подлинный смысл мантры.
Само слово «мантра» можно понимать как-то, что расширяет, трансформирует или защищает истинное сознание. Мантра, пожалуй, является одним из важнейших инструментов йоги для внутренней трансформации и реализации глубинной сути.
«Oṃ Namo Nārāyaṇāya" — известная восьмисложная индуистская мантра (Аштакшара), посвященная Господу Нараяне (одному из аватаров Вишну). Это мантра предания себя воле, мантра мира и преданности, используемая в основном для призывания защиты и духовного роста в вайшнавизме. Но, безусловно, мы не можем узнать или даже воплотить силу мантры, просто прочитав о ней какое-либо утверждение. Мантра раскрывает свою силу только через практику — когда мы действительно начинаем её использовать. Некоторые из самых известных историй ведической традиции и её ключевые герои помогают нам глубже понять значение мантры. Ведь через истории и само повествование мы можем создать внутреннее эмоциональное пространство, в котором смысл раскрывается через отношения и связь.
В одной из многочисленных известных историй, связанных с этой мантрой, говорится о том, какой внутренней зрелостью должен обладать человек, чтобы получить посвящение, и о чистоте сердца, благословенного мантрой:
Один из великих ачарьев — философов и святых Индии — Рамануджа, или Рамануджачарья, услышал о магической фразе, произнесение которой способно даровать освобождение любому человеку. Желая получить посвящение, он отправился к своему учителю. Путь к маленькой пещере учителя был долгим и трудным, но Рамануджа был полон решимости. После многих дней ходьбы и восхождения он наконец достиг обители учителя. Уверенно постучав во входную дверь, он попросил дать ему посвящение. Через некоторое время раздался голос: «Сейчас не время. Возвращайся в другой раз». Рамануджа объяснил, что проделал долгий путь ради этого благословения. Учитель ничего не ответил, и Рамануджа ушёл. Но он не сдался и пришёл снова — лишь для того, чтобы вновь получить отказ. Рамануджа возвращался с просьбой о посвящении восемнадцать раз, пока наконец учитель, тронутый решимостью и настойчивостью ученика, не согласился исполнить его просьбу. Однако прежде чем передать ему мантру, учитель предупредил, что это одна из наиболее тщательно хранимых тайн. Мантра настолько священна, сказал он, что любой, кто станет её повторять, даже не обладая необходимой подготовкой, сможет обрести освобождение — даже люди, считавшиеся отверженными, и женщины. Учитель опасался, что, став общедоступным, это знание приведёт к упадку духовности. Поэтому он приказал Раманудже хранить мантру в тайне и предупредил: если тот откроет её недостойным, его ждёт ад. Но Рамануджа, движимый состраданием, поднялся на вершину главного городского храма и громко провозгласил мантру перед всеми. Разгневанный учитель пригрозил ему адом за непослушание. На это Рамануджа ответил, что с радостью отправится в ад, если благодаря этому множество людей смогут обрести освобождение. Тогда учитель увидел глубину преданности и бескорыстной любви своего ученика. Он понял, что перед ним махатма — «великая душа», — и благословил Рамануджу за то, что тот открыл Божественное имя всем.
Другая известная история, раскрывающая силу этой мантры, — история Прахлады. Несмотря на то что он был сыном великого демона Хираньякашипу, Прахлада стал чистейшим бхактой — преданным Господа Вишну. Когда его мать была беременна им, боги угрожали убить ещё не родившегося Прахладу, но мудрец Нарада вмешался. Он наставил мать Прахлады, Каядху, повторять мантру во время беременности. Таким образом, Прахлада не просто услышал её — он словно впитал мантру в само своё существо. Поэтому, даже родившись сыном демона, он обладал преданностью ahaitukī — не имеющей личного мотива, — и apratihatā — непрерывной, ничем не способной быть остановленной волей. Его отец неоднократно пытался убить его, но чистая преданность Прахлады и защита мантры сохраняли ему жизнь. Он непоколебимо держался за мантру и в конце концов призвал Нарасимху — воплощение Вишну в образе получеловека-полульва, который уничтожил демона.
Oṃ Namo Nārāyaṇāya — восьмисложная мантра — представляет собой священный звук самого творения. Защиту, сладость, радость и блаженство, которые она несёт можно познать через её повторение. Мы никогда не повторяем мантру ради достижения какого-либо конкретного внешнего результата. Осознавая вечную причинно-следственную связь, йоги не стремятся к плодам своих действий. Вместо этого они создают внутреннее пространство, наполненное сосредоточенностью на Божественном.
Когда сердце и ум соединяются со священным размером и ритмом:
Oṃ-Na-mo-Nā-rā-ya-ṇā-ya,
влияние и притягательность всего, что противостоит истине — Satya, — естественным образом начинает ослабевать.
И тогда возникает Vairāgya — мягкое внутреннее непривязывание к страданиям и тревогам мирской жизни. Сердце перестаёт отвлекаться на менее значимые мотивы и возвращается к своему изначальному единству с источником — с Божественным, с божественным Нараяной.